Иногда тишина длится так долго, что начинаешь забывать звук собственного смеха. Но когда Джим Керри возвращается — мир вспоминает, как это: улыбаться до боли в щеках и плакать от смеха над собственной уязвимостью. На церемонии вручения французской премии «Сезар» актёр впервые за долгое время вышел на сцену — чтобы принять почётную награду за вклад в кинематограф. И сделал это так, как умеет только он: без гримас, без клоунады, с тихой искренностью, от которой мурашки.
Награду ему вручил Мишель Гондри — тот самый режиссёр, который позволил Керри быть не клоуном, а человеком в «Вечном сиянии чистого разума». Ирония судьбы: именно Гондри когда-то снял актёра без грима и без маски — и теперь он же вручает ему награду за то, что тот научил нас смеяться и плакать одновременно.
Речь Керри была короткой, но ёмкой, как хороший стих. Он поблагодарил отца — Перси Джозефа Кэрри, «самого смешного человека, которого я когда-либо знал» — за то, что научил ценить любовь, щедрость и смех. А потом произнёс фразу, достойную вышивки на подушке мудреца: «Если хочешь, чтобы тебе улыбнулась удача — сначала улыбнись ей». Просто. Гениально. По-керриевски.
После таких слов хочется не просто аплодировать — хочется встать и пойти улыбнуться кому-нибудь на улице. Потому что Керри всегда был не просто комиком. Он был напоминанием: за самой широкой улыбкой часто скрывается самое честное сердце. И иногда, чтобы спасти мир, не нужны сверхспособности — достаточно одной искренней гримасы.
Теперь остаётся ждать: вернётся ли он на большой экран? После такой речи кажется — да. Не ради славы, не ради гонорара. А ради тех, кто до сих пор помнит, как плакал над «Вечным сиянием» и смеялся над «Маской». Потому что некоторые актёры не уходят — они просто ждут правильного момента, чтобы снова улыбнуться удаче первой.
Для комментирования войдите или зарегистрируйтесь.